Ретрит учеников. Лекция 2

Намамам Вишну падая, Кришна престая, Bhutale, Śrimāte Bhaktivedanta, Svāmīne dī nāmīne. Намасте Sarasvati Debe, Gauravāni prācārinī, nirviśeśa-sūnyavādi, paścātyādiśa tārinī. Ванча Калпатарабьяща, Крипасинду-бевача, Патитанам Паванебhyо, Ваишнавебhyо, Намо Намаха. Шри Крисна Чайтанья Прабунитананда, Сиадвайта-гадатара, Шри Вастадигора-бхакта-вринда. Hare Krishna, Hare Krishna, Krishna Krishna, Hare Hare, Hare Rama, Hare Rama, Rama Rama, Hare Hare, Hare Krishna, Hare Krishna, Krishna Krishna, Hare Hare, Hare Rama, Hare Rama, Rama Rama, Hare Hare, Hare Krishna, Krishna Krishna, Hare Hare, Hare Rama, Hare Rama, Rama Rama, Hare Hare, Hare Hare Krishna, Krishna Krishna, Hare Hare, Hare Rama, Hare Rama, Rama Rama, Hare Hare, Hare Hare Hare, Hare Krishna, Krishna Krishna, Krishna Krishna, Hare Hare Hare, Hare Hare Rama, Hare Rama, Rama Rama, Hare Hare Hare, Hare Hare Hare, Hare Hare Krishna, Krishna Krishna, Krishna Krishna, Hare Hare Hare Hare, Hare Hare Hare Hare, Hare Hare Hare Hare, Hare Hare Hare, Hare Hare Hare Hare, Hare Hare Hare Hare, Hare Hare Hare Hare Hare, Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Hare Нарая нам намас крития, Нарам чайва наротамам, Девим сарасватим бьясам, Татоу jayam, Удирайет. Нантах прадища мамавачим намам прасутам, Санживая текила шакти дарах свадамна, Аням сьяхаста чарана, Я очень рад видеть вас, всех собравшихся в Нарисимхакшетре Симхачалам. Изначально Симхачалам находится на берегу океана, недалеко от города Вишакапатна. И по преданию оттуда, с горного утеса, слуги Хирани Кашипу сбросили маленького прохлада, придавив его сверху огромным камнем и связав предварительно его руки крепкими веревками. Но несмотря на все их предосторожности, прохлад, который медитировал все это время на Господа Кришну, оказался целым и невредимым. Слуги Варуны развязали его веревки. Сам Варуна отодвинул камень и вынес Прохлада на берег. А Прохлад даже не заметил всего этого. Настолько его мысли были погружены в Кришну. он не чувствовал своего тела своего ума своей судьбы и груза времени он был с богом и в ту ночь лишь на четырехрукая форма господа впервые воочию предстал перед ним перед мальчиком который сидел закрыв глаза на берегу океана и медитировал на него господь появился во всей своей красе и стал нежно гладить его на самом деле мы пришли сознание кришны также как и все люди которые приходит в какую-то религию или в какое-то духовное движение, потому что мы ищем прибежище. Мы чувствуем, что в этом мире мы беззащитны. Бомбы падают с небес, дроны атакуют, от которых никуда не деться. Дурные новости хуже, чем бомбы, летят изо всех сайтов интернета. Материальный мир напоминает нам о том, что это не место нашего постоянного житья. Здесь невозможно найти прибежище. Иногда на время все эти calamities, все эти перипетии, все эти треволнения, они улегаются, и нам кажется, что все нормально, все не так уж и плохо. Но прибежище нужно найти, его нужно найти внутри. И для этого, как я уже объяснял вчера, нам нужен центр, нам нужна опора. Нам нужно что-то неподвижное, непоколебимое. Вот. И, собственно, мы говорили вчера, что этим центром могут быть материальные привязанности. И для большинства людей именно материальные привязанности являются таким центром, в котором они могут найти опору, который может помочь им определить курс действий и который как бы обещает им победу. И люди, у которых очень четко выстроенный материальный центр, материальное эго, большие материальные амбиции, они могут быть очень сильными до поры до времени. Материальные привязанности могут сделать человека очень-очень сильным. Иногда мы допускаем эту ошибку, мы говорим, что привязанности всегда ослабляют. Нет. Дури Одана был очень сильным человеком. Сильным, стойким, но не гибким. Такого рода сила подвержена, к сожалению, ломке, потому что у этой силы нет внутренней гибкости, и в конечном счете она неестественная. Есть другой случай, противоположный этому, когда человек находит опору в духовности, в Боге, в дарме, в преданных, в учителях, в мудрости, которая исходит от них, в обществе преданных. И это тоже может сделать нас очень сильными, стойкими и одновременно гибкими. Этот центр не подразумевает жесткости, потому что он естественный. Все естественные вещи так или иначе гибкие. Жизнь означает гибкость, и гибкость такого человека помогает ему выстоять под любыми ветрами. Он не ломается, какой бы силы ураганный ветер не обрушился на него. И одновременно с этим гибкость означает, что он понимает, что есть незыблемые принципы, на которые он опирается, и понимает, что иногда эти незыблемые принципы будут проявляться в нашей жизни по-другому. Он не держится просто жесткие правила, правила ради правил. Он понимает вечные ценности, стоящие за этим, и не изменяет ценностям. Тогда как люди, которые ищут опору в материальном, они склонны цепляться за какие-то внешние правила. не за высокие ценности, стоящие за этим. Между двумя этими позициями есть очень большое отличие. Человек, живущий в мире схематических правил, живёт в схематическом мире. И он вроде бы всё правильно делает, исполняет все правила, но в каком-то ничьем счете он чувствует, что какой-то полноты ему не хватило, потому что он выбрал вместо жизни схему. Человек, который держится за истоки, за корни. Этот центр, о котором я говорю, — нечто естественное. и когда мы держимся за этот центр, а не за внешние правила, в которые этот центр может трансформироваться, то тогда у нас действительно будет очень большая опора, гибкость и способность применять эти принципы в разных обстоятельствах. Есть разница между одним и другим, хотя и то, и другое похоже. Мне с самого начала хотелось подчеркнуть эту разницу. Есть концепция. И сознание Кришны может быть такой концепцией, философией. И мы можем держаться за эту концепцию, за эту концептуальную схему, логическую, красивую. Мы можем выводить из неё правила. мы можем стараться жить в соответствии с этими правилами, но в результате этого мы всё равно будем чувствовать какую-то искусственность в своей жизни. А внутри нас будут корни, настоящие корни, которые по-настоящему вдохновляют нас, И мы будем делать вид, что мы не соприкасаемся с этими корнями, искать вдохновение в умственной схеме, в концепции и не находить его. Я говорю сейчас очень непростые вещи, но в то же время я надеюсь, что у каждого из вас есть этот опыт. Вроде бы я всё делаю правильно, вроде бы я думаю правильно, вроде бы я вижу всё правильно, а настоящего счастья или глубины нет. В то же самое время человек, который докопался до истоков, до корней, он знает эти истины, он не торопится их пересказывать навязчиво всем остальным, не пытается превратить их в какие-то ходульные лозунги или стереотипные фразы, не пытается всех обратить в свою веру. Но у него есть связь с этим. Он понимает, Кришна живой, и стоит ему произнести слово «Кришна», как слёзы хоть чуть-чуть, но наворачиваются к нему на глаза. Орекошна. Когда он думает о преданных, сердце его начинает плавиться от благодарности, и он видит, как они стараются следовать истине, как они живут в соответствии с этой истиной, как сложно им иногда бывает. Когда он думает о дарме, он думает прежде всего не о внешних проявлениях дармы в виде каких-то правил, есть гречку на Икадыше или нет. Он обсуждает не эти вопросы жизни и смерти. Он думает о том, что стоит за этим, что за этим стоит истина, что за этим стоит живая жизнь. И всякий раз, когда он соприкасается с этими корнями, Он плачет, сердце его тает, и он радуется. Гарри Кришна, Гарри Кришна, Гарри Рам, Гарри Рам, Рам, Гарри Рам. Это две очень похожих друг на друга жизни. Жизнь в концепции сознания Кришны. с пониманием всех каких-то условностей, правил, того, как нужно сказать, и жизни, которая связана с истиной сознания Кришны. Когда мы докопались-таки до этой истине и постоянно проверяем себя на эту истину, постоянно сверяемся с этой истиной и постоянно ловим себя на какой-то фальши и на какой-то лжи, но тем не менее возвращаемся к этой истине и плачем от счастья и благодарности. Вот. Поэтому мой сегодняшний рассказ будет о том, как поставить всё это твёрдо в центр. Но с самого начала мне хотелось сказать, по какому признаку можно определить, что эти вещи есть у нас в центре. К чему я привязан? внешним правилам, к внешней принадлежности к обществу преданных, к рамам, даже к красивому имени Искон, Международное общество сознания Кришны. Или я связан с какими-то глубинными, питающими мою жизнь потоками, которые воодушевляют меня. Знаете, можно провести простой эксперимент, поставить какую-то любимую песню, чьи слова вы хорошо знаете, и попытаться соприкоснуться с этой стихией песни, песня, которая действительно вызывала слезы у вас на глазах и пробуждала что-то, и попытаться сначала соприкоснуться с этой стихией, то есть с теми вещами, в контакт с которыми нас эта песня переводит, отключая наш интеллект через ритм, через голос, через эмоции, выраженные во всём этом. А потом попытаться проанализировать, о чём песня-то, о чём она и почему она нас трогает. И очень часто мы не поймём вообще, что там такое, чего там. Но если мы чуть-чуть глубже покопаемся, мы найдём, что там есть какая-то истина внутри. Истина, которая соответствует нашей природе. И через эту песню мы соприкасаемся с этой истиной, и эта истина нас очень сильно трогает. Я думал в связи с этим, Так как я всегда предлагаю вам какой-то эксперимент, пытаюсь этот эксперимент поставить на себе, мне вспомнилась странная, непонятная песня. Я, к сожалению, человек очень старомодный, выросший в своих вкусах лет уже, страшно сказать, сколько назад, 40 или 50. Я очень люблю Булата Куджаву с его незамысловатыми песнями, без всякой современной аранжировки, просто под гитару. у меня вспомнилась песня, совершенно, абсолютно бессмысленная, как большая часть песен Булата Акуджавы, с точки зрения информации или еще чего-то, как, впрочем, большая часть песен, которые есть в этом мире. Там, может, нет какого-то внешнего смысла, но вот этот внутренний смысл нас очень сильно трогает. Песня, которая мне вспомнилась. Моцарт на старенькой скрипке играет, Моцарт играет, а скрипку поет. Моцарт отечество не выбирает, просто играет всю ночь напролет. И так далее. И вот этот Моцарт одинокий ночью играет, он ничего не выбирает. Ему абсолютно все равно, будет у него аудитория или нет, будут ему аплодировать или нет, слышит его кто-то или нет. Он не выбрал сам себе свою судьбу. Он просто играет, потому что не может не играть, и он делает это всю ночь напролет, потому что такова его природа. И размышляя логически над тем, что же так трогает в этих совершенно пустых, на первый взгляд, словах, я понял, что эти слова докопались до очень глубокой истины во мне. да очень глубокая истина универсальная, которая заложена в каждом. Каждому хочется играть всю ночь напролёт, делать что-то, ради чего он создан. Каждому хочется не выбирать, а принимать то, что посылает ему судьба, и наперекор этой судьбе играть, независимо от каких-то внешних атрибутов, аплодисментов, лайков, подписчиков в социальных сетях. Вот эта вот истина, настоящая живая истина того, что есть эта живая жизнь, которая мне нужна. С ней надо попытаться соприкоснуться. И признаком того, что мы с ней соприкоснулись, будут слезы. Как объясняет Вриндаванда Астакурва в читании Бхагавати, «Бхакти-йога, Бхакти-йога, Бхакти-йога, да?» «Эй, Кришна-нама!» Как там? Чапа? Смарна-кран-дан! Богатство Бхакти-йоги – это когда мы одно имя Кришны произносим, И мы начинаем помнить всё. Цепная реакция памяти, связанная с Кришной, начинается в нашем сознании, и слёзы сами выступают. Потому что Кришна есть истина, Кришна есть жизнь, Кришна есть красота, Кришна есть источник всего. И когда мы соприкоснаемся с Ним по-настоящему, мы становимся счастливыми. Ментальные схемы, концепции, теории нужны только для того, чтобы помочь нам в конце концов соприкоснуться с Кришной. И гита, она нужна тоже для этого. И Махабхарата нужна для этого. Вот, поэтому, начав с этого небольшого предисловия о том, что человек может жить в концепциях и вроде бы делать всё правильно, и думать правильно, и говорить правильно, и в то же самое время чувствовать пустоту в своём сердце, И наоборот, другой человек может даже не очень-то хорошо изъясняться и объяснять всё, но при этом чувствовать, что такое сознание Кришны, плакать. Как тот самый Браман в Шри Рангаме, кого Шри Чайтане Махапрабу назвал подлинным знатоком Бхагавадгиты. Просто открывал Гиту, коверкая санскритские стихи, пытался их как-то читать по слогам, а при этом слезы текли у него из глаз, потому что он понимал, вот она истина, она тут, и я сейчас нахожусь рядом с ним. Вот, собственно, то, о чем я собираюсь сегодня рассказывать, как с этой истиной соприкоснуться, и как это важно, чтобы у нас действительно был один центр. И нам нужно сделать этот выбор, причем иногда непростой выбор. Очень часто мы пытаемся усидеть на двух стульях, Или, как говорится в Библии, нельзя служить двум господам, Богу и Мамоне, никому мы не можем служить. Не может быть два центра в нашей жизни. У круга может быть только один центр. Если у шарообразной фигуры есть два центра, то эта шарообразная фигура будет очень с трудом ездить, она будет постоянно спотыкаться. Колесница с плохо оцентрованными колесами — это очень мучительное средство передвижения. И по одному из толкований слово «дукха» значит «плохо оцентрованная ось», ось, которая находится не в центре. горе, страдания, тряска, которую испытывает человек, у которого нет одного чёткого центра, их невозможно описать. И поэтому сегодня нашим героем, по крайней мере одним из наших героев, будет Дритараштра. Мне вообще хотелось бы вас видеть, потому что сейчас я вижу Нрисимха-девы, и это очень воодушевляет меня. Да, но вот когда я вижу ваши лица, это воодушевляет меня еще больше. Вы смотрите на Нрисимха-деву, а я смотрю на вас. Ши-си прагла Нрисимха-девы ки-йджай. Так вот, Вот, рассказ мой сегодняшний будет, по крайней мере, начало рассказа, посмотрим, сколько времени на него уйдёт, будет о Дритараштре. Однажды какой-то человек с досужим умом спросил у меня, а почему Бхагавадгита начинается с вопроса Дритараштре? Почему Дритарастра получил честь открыть Бхагавадгиту, бессмертное произведение Кришны? Бхагавадгита начинается не со слов Кришны Увача, Бхагавадгита начинается не со слов Арджуны Увача, Бхагавадгита не начинается даже со слов Санджай Увача. Бхагавадгита начинается со слов «Дритараштра увача». Я вынужден исповедоваться перед нами. В тот момент я не нашелся, что ответить на этот вопрос. Я что-то такое придумал, какие-то объяснения, еще что-то такое, но они самого меня не удовлетворили. Теперь я почему-то вижу двоих себя, а вас не вижу. Я вижу себя с названием «Ага, вот так, теперь я вижу вас». Так вот, размышляя над этим вопросом, а вопрос-то интересный, действительно, почему в Дритарастри отведена эта почетная роль. Я вдруг в какой-то момент понял, что Дритарастра является главным адресатом Бхагавадгиты. Не Арджуна, не Санджая, а именно Дритарастра. Именно Дритараштре Бхагавадгита рассказывается именно для Дритараштре, Кришна рассказал Бхагавадгиту. Дритараштра — это тот самый невидимый слепой герой Бхагавадгиты. И Кришна в Бхагавадгите сражается не за Арджуну, и он, конечно же, сражается не против Дурьоданы. Это все само собой. Он сражается за Дритараштру, то есть за нас с вами. Дритараштру — это очень амбивалентная, очень двойственная фигура, потому что его окружали замечательные советники Санджая, Ведура. Он любил слушать их. Он вызывал их на откровенный разговор. Он никогда не запрещал им говорить правду. И когда они говорили, у него всё внутри откликалось. Да, это истинно. И он даже плакал, когда он слушал их. Он провёл множество ночей, бессонных ночей, в слезах, слушая о том, как Санджая или Видура рассказывает ему о славе Кришне, о дарме и обо всем остальном. Но наступало утро, Дритараштра утерял слезы, и он отчетливо понимал. Я буду действовать только так, как я могу действовать, так, как скажет Дурьодана. Вот эта трагедия Дритараштры, она на самом деле самая главная, и нам нужно понять корни этой трагедии и избежать судьбы Дритараштры. Потому что Дритараштра знает, что Кришна — Бог до какой-то степени. Дритараштра знает, что его невозможно победить и всё равно надеется. и всё равно надеется на то, что он победит. Дритарашта знает дарму и всё равно пытается эту дарму вывернуть так, чтобы она оправдывала его поступки и поступки его сыновей. Вот это вот сценарий, который, к сожалению, может проиграться в нашей жизни, когда мы вроде всё знаем, вроде всё принимаем, вроде качаем головами, Вроде плачем иногда ночью, иногда днем, иногда на киртане, иногда без киртана. Но потом наступает некое отрезвление в том смысле, что нам приходится действовать, и мы продолжаем действовать как старый добрый Дритараштра или старый злой Дритараштра. как Дритараштра, который привык действовать одним образом, слушая кали, слушая зависть в своем сердце, слушая жадность и подчиняясь им. Вот почему я выбрал его начальным героем своего рассказа. И поэтому мы перенесёмся с вами в ночь на Амавасию, в Новолуние, перед битвой на Курукшетре. Битва на Курукшетре, как вы знаете, состоялась в Икадыше между двумя лунными затмениями. Очень редкое событие, когда лунные затмения повторяются. И в эту зловещую амавасию луна, находившаяся в созвездии весов, была затемлена раху, полностью проглочена раху, и только алая зарева полыхала вокруг этой полностью затмлённой чёрной луны. И разные люди разное делали в эту ночь. Мало кто спал. Пандавы и Кауравы уже собрались на Курукшетре. Днём Амавасии Дрифтадьюмна с одной стороны и Бижма с другой стороны, как два избранных военачальника армии, готовых сразиться, сошлись вместе для того, чтобы договориться о правилах ведения войны. Вместе с Дрифтадьюмной пришёл Ютхистира и четверо братьев пандавов. Вместе с ними неразлучный Кришна. который неусыпно следил за ними и помогал им избегать ошибок. Вместе с Бижмой пришли Дурьодана, Дупшасана, Шалья, Шакуни, чтобы тоже быть свидетелями со своей стороны. И Юстира начал говорить о правилах войны. Он объяснял, как нужно вести войну, чтобы война была в соответствии с правилами дармы. И главное правило настоящей войны — не лгать. Говорить правду, становиться лицом к лицу с противником, не убивать того, кто повернул тебе спину, не трогать человека раненого или беспомощного. Так или иначе, все эти правила Ютештира перечислил. Война длится с восхода до заката. После заката боевые действия прекращаются до следующего восхода. Все эти правила были оговорены с таким количеством подробностей, что Бижма в конце концов не выдержал и сказал, «Чем говорить? Это же здравый смысл. все кшатрии знают, что именно так нужно воевать. И тут вмешался Бима. Он сказал, кшатрии-то знают, но ты забыл, какое время сейчас стоит на дворе, и забыл, как люди сплошь и рядом нарушают эти правила, поэтому давай-ка уж лучше договоримся обо всех этих правилах еще раз со свидетелями. И в этот момент вмешался Кришна, и Кришна сказал, да-да, мы должны обговорить все правила, Но! И Кришна торжественно поднял свой палец, чтобы его послушали. Если какая-то одна сторона нарушит эти правила или какое-то из этих правил, у другой стороны появляется право нарушить эти правила тоже. И когда Кришна произнес это, все слегка цепенели и поняли, что дело будет серьезным. Но, собственно, я не очень хотел рассказывать об этих правилах. Мне хотелось сказать, что было дальше, когда новая луна взошла, черная луна, невидимая луна взошла на небе, тем более в момент затмения, солнечного затмения, насколько я понимаю, раз это по полнолунии, так или иначе. Амавасия. И в эту ночь Дритараштра не спал. Дритараштра, понимая, что решающая битва вплотную приблизилась, и что битва неотвратима, понимая, предвидя предчувствия страшные последствия, всего этого, стал думать, стал анализировать, что же происходило. И естественным образом, что он стал думать, он стал оправдывать самого себя. Вот что делает Дритараштра. Он смотрит назад на свою жизнь, и он начинает подыскивать оправдание. «Я не мог действовать иначе». Обстоятельства были сильнее меня. Меня подталкивали к этому другие. Другие тоже совершали ошибки. Он снова и снова думал над этим, и набор аргументов, который был у него в голове, был уже хорошо отточен. Виноваты во всем Пандавы. Они виноваты с самого начала, и их советник Кришна. Вина их, и теперь они совершены, Они собрались там, и эти негодяи, несмотря на то, что они виноваты во всём, они спровоцировали эту войну, они делали всё, чтобы эта война состоялась, они смеялись над моим сыном, они пустили пыль в глаза, совершив большую ягию, большое жертвоприношение, они построили этот роскошный дворец, чтобы разжечь зависть моём сыне. они пришли сражаться с Ним, они проиграли, и при этом они ещё угрожали. Так или иначе, у него был свой набор самооправданий, как он есть у каждого из нас. Почему я действовал так, как я действовал, и я не мог действовать иначе? Волнение нарастало, он не мог успокоить это волнение, И поэтому он подумал, если я позову сейчас Санджайю, Санджай успокоит меня. Санджай — разумный человек. И наверняка он послушает мои аргументы, потому что мои аргументы такие весомые. В них столько правды есть. Он вызвал Санджайю к себе, Санджайя точность пришел. И он сказал, Санжая, я слышал, что пандавы собираются убить бижму и дрону, что они окончательно решились на этот жуткий поступок, что бижма и дрона, старейшины нашего рода, которым мы всем обязаны, приговорены пандавами. Ради чего? ради того, чтобы завоевать какой-то жалкий клочок земли, которого они лишились, причём лишились сами по своей воле. Не кажется ли тебе, Санджая, что Адарма в этот век сильнее, чем Дарма? Не кажется ли тебе, что убийство, которое запрещено в ведах, стало главным оружием наших противников, и они готовы принести в жертву уважаемых людей только для того, чтобы обрести власть. Так работает Дритараштра внутри нас. Он подбирает могущественные аргументы, и он говорит, я прав, дарма на моей стороне. Те, кто против меня, они совершают одарму. И найти аргументов для этого много. Не нужно быть семипядей во лбу, если мы сами не найдём, нам подскажут. Для этого целые машины работают, для того, чтобы подсказать, где дарма, где дарма. И понятно, что дарма на нашей стороне по определению. Давайте послушаем этот разговор, очень важный разговор. Это начало ответа на вопрос, как поставить всё-таки в центр настоящую дарму. Санджая слушает Дритараштру. Санджая говорит, зачем ты обвиняешь других? Зачем ты обвиняешь пандавов? Зачем ты обвиняешь даже своего сына? Потому что Дритараштру в своей речи стал говорить. Это упрямый дурной, дурь йодана. Он не слушался меня. Он поступал вопреки моим советам. Первое, что говорит Санжая — перестань винить других. Каждый виноват, и каждый будет расплачиваться по мере своей вины. Дорьодана заплатит свою долю, пандавы, если они виноваты, заплатят свою долю. Прими ответственность на себя, а на тебе лежит двойная ответственность, потому что, с одной стороны, ты воодушевлял своих сыновей делать дурные вещи, а с другой стороны, ты не запрещал им их делать, когда они совершали это. Ты молчал, ты смотрел на всё это сквозь пальцы, поэтому на тебе двойная вина. Единственное, что тебе остаётся, слушайте очень внимательно. Это совет, который даёт Санжая человеку, находящемуся в такой ситуации. Прими ответственность на себя честно, открыто, и тебе станет легче. Просто встань перед зеркалом, или передо мной, или перед тем, кого ты уважаешь, и скажи, «Я виноват». Это моя ответственность. Дритарашт раздражал, когда он услышал этот совет. Дрожащим голосом он спросил, а как это может снизить мою ношу? Я сейчас чувствую тяжесть этой ноши, Но как если я скажу, что я во всем виноват, как моя ноша станет легче, она станет еще тяжелее? Мне и так тяжело, я пытаюсь ее переложить на других, а ты говоришь, нет, прими на себя, и еще говоришь, что она станет легче. Как вы думаете, что ответил Санжая на этот вполне справедливый вопрос для Тарашты? Санжайя сказал, если ты примешь всю ответственность на себя, то это снимет с тебя ношу, потому что у тебя появится решимость нести эту ношу до конца. Вместе с этими словами «во всём виноват я» ты обретёшь решимость. Раз виноват я, значит, мне нужно дойти до конца, и значит, в конце концов всё это так или иначе рассосётся. Решимость сделает твою ношу легче. Тогда как сейчас, когда ты пытаешься переложить её, что ища виноватых, ты делаешь её ещё тяжелее, потому что у тебя нет сил справиться с ней. Дритараштёв всё равно не понимает. Он не понял ответа Санджаи. Он сказал, я не понимаю, как решимость сделает мою ношу легче. Причём тут решимость и тяжесть ноши. Есть тяжкая ноша. Ну да, у меня появилась решимость, но разве от этого ноша станет легче? И Санжая даёт им очень важный ответ. И ещё раз, это всё в высшей степени актуально для нас. В минуту слабости мы пытаемся обвинить в том, что происходит с нами кого-то ещё. и думаем, что наша наша станет легче. Кто-то нам говорит, прими ответственность на себя, и мы взрываемся. Мы говорим, кто ты такой, зачем ты говоришь нам это? Мне и так тяжело, а тут ты еще меня хочешь обвинить. Мне будет вдвойне тяжело. Мне сейчас тяжело из-за обстоятельств, в которых я нахожусь. Еще тяжелее будет, если я скажу, что я сам виноват в том, что эти обстоятельства возникли. Санджая даёт ответ, каким образом решимость облегчит ношу. Санджая говорит, решимость подобна обоюдоострому мечу. И когда вы ставите перед собой какую-то высокую цель, когда вы пытаетесь достичь чего-то, это же тоже трудно. Но решимость делает вашу цель достижимой и лёгкой. Решимость нужна, когда вы хотите достичь чего-то хорошего. И вы чувствуете, что решимость сделала ношу посильной, сильной, хотя она была очень тяжёлой, и вы сможете её нести. Точно так же ноша нашей вины станет легче, когда вы обретёте решимость. Да, я виноват, и я готов расплатиться за это, и таким образом сбросить эту ношу. Я не буду искать виноватых. Дритараштар не понял даже этого ответа. Дритараштар еще больше рассердился. Я думаю, что эта психологическая реакция очень-очень понятна для любого из нас, кто был в такой ситуации, когда кто-то пытается нам объяснить, что мы виноваты, нам становится еще хуже, и мы начинаем злиться на этого человека. Тритарашна сказал, что ты говоришь какими-то загадками, мистическими ребусами, какими-то баснями или притчами. Что-то с тобой случилось, ты говоришь каким-то символическим языком. и я простой человек, я кшатри, я не склонен понимать все эти символы, пожалуйста, скажи то же самое попроще. Санджай отвечает ему, когда начинаешь говорить о таких вещах, говорит Санджай, естественным образом язык становится очень двусмысленным. Если ты не можешь меня понять, на мой взгляд, все очень просто, то, что я говорю, но так как твое сознание искажено, тебе сложно понять меня, пожалуйста, позови кого-то еще, пусть он тебе объяснит. То же самое более простым языком. Я не могу сказать проще, чем я тебе уже сказал. Тебе кажется всё это какими-то загадками, символами или притчами. На самом деле это правда. Но если не можешь услышать это от меня, позови кого-то ещё. И в тот же самый миг Дритараштра мысленно вызвал в Ясадеву. Я не случайно, опять же, выбрал этот эпизод. Я не случайно выбрал этот эпизод, чтобы продолжить рассказ, потому что тема вчерашнего рассказа было появление Вьясадевы, и как Вьясадев, сам Верховный Господь воплотился в образе Вьясадевы, в век Кали, в этот самый особенный век Кали, в 28-ю Манвантору, в Айвасвата Манвантору, 28-й цикл Чатур-юги. И один раз в День Брамы, когда Кришна приходит сам, Ясадев пришёл для того, чтобы как можно более чётко утвердить этот центр. И всё то, что он делал, он делал для этого. Сначала он отредактировал веды для того, чтобы было яснее суть вед. Потом он, размышляя над Упанишадами, привёл все Упанишады в гармонию и написал Брама-сутру. Потом он понял, что даже этого мало и что там нет персонального Бога. Он написал 18 Пуран, где этот Браман из Брама-сутры предстоит в виде Личности и проявляет все свои шесть качеств, о которых мы говорили вчера. Гьяна, Бала, Шакти, Айсварья, Вирьи и Теджас. Потом он понял, что даже этого мало, чтобы центр был твёрдо утверждён в нашей жизни. Он написал Махабхарату, где Кришна и отношения с пандовами показывают, что значит «центр», и описал дарму. Потом он понял, что даже этого мало, и в конце концов написал «Шимадбхагвата». Он пришёл для того, чтобы поместить этот центр в нас, дать нам этот центр и дать нам ощущение прибежища. И в 10-й песне «Шимадбхагвата» он описывает эту лилу, Говардана дарилилу, когда Кришна держит Говардан на мизинце левой руки, когда Он призывает всех туда найти прибежище под Говардханом. Я начал свой рассказ с этого, что мы ищем прибежище. В Ясадеве для этого тут. И В Ясадеве явился, и, соответственно, так как вчера мы рассказывали не только о его явлении, об этих событиях, предшествовавших даже его явлению или около самого явления, то стоит сказать немножко о том, как он действовал в самой Махапхарати. Он был не только автором, но и участником всех этих событий. Так вот, в Ясадев предстал, при Дритараштре у них был договор. Он мог в любой момент по зову Дритараштре явиться перед ним, так же, как по зову своей матери он приходил к ней. И он начал говорить Дритараштре то же самое. Он начал говорить о сынок. Нет смысла сейчас думать о последствиях, всё то, что сделано, сделано. Сейчас нужно просто наблюдать или пожинать плоды этих последствий. Агрессоры потерпят в конечном счёте неудачу тех, кто напал, несправедливые люди. Дарма победит их. Если хочешь, я дам тебе на время глаза, чтобы ты мог своими глазами наблюдать последствия своих поступков. Слушайте ответ Дритараштры. Ответ Дритараштры потряс даже самого Вьясадеву. Дритараштра сказал, «Я не хочу быть свидетелем братоубийственной войны, в которой погибнут мои племянники». В этот день, за 11 дней до решающей битвы, когда всем всё было ясно, когда даже Дурьодан стал сомневаться в своей победе, видя, насколько непоколебимые и счастливые пандалы в лагере, а их лагеря стояли друг напротив друга через реку, и они каждое утро наблюдали, как противники тренируются, упражняются в воинском искусстве. И настроение в обоих лагерях было полностью противоположным. У пандовов царил праздник. Каждый день подготовки к войне был праздником для них. Они соревновались, они радовались, они смеялись, они иногда боролись с шуткой друг с другом. И с другой стороны стояли мрачные, погружённые в тоску бойска Дурьёданы, неуверенные в себе. И сам Дурьёдан ходил чернее тучи, осматривая свои бойска, превосходящие по силе противников. Так вот, война вот-вот начнётся, жребий брошен, кости кинуты, исход её ясен, потому что, как сказал Ютхи Штира с самого начала, война — это не игра в кости, тут нельзя мошенничать. В костях можно мошенничать, на то это игра в кости. В войне мошенничать нельзя, с этого они начали договариваться о правилах, по которым они будут играть. И в этот самый момент, ночью, на Амавасию, за 11 дней до начала войны, Дритараштар говорит в Ясадеве, я не хочу видеть гибель моих племянников. То есть он по-прежнему думает, что убиты будут его племянники, пандавы. Он не может даже мысли допустить того, что умрут его сыновья. Хотя периодически он думает об этом, но здесь перед Вьясадевой он лжёт. Дарма от адармы отличается одной единственной вещью — приверженностью к истине. Люди Дармы пытаются докопаться до истине, докопаться до тех корней, которые питают их и которые дают им энтузиазм и силу и решимость. Люди о Дарме лгут, и прежде всего лгут самим себе. Они лгут самим себе, и так как они лгут самим себе, они ненавидят самих себя, они не уважают себя, так как они не уважают себя, они начинают не уважать всех остальных, и ругать и оскорблять всех остальных. Это логика Фёдора Михайловича Достоевского в «Братьях Карамазовы», где он показывает, как ложь самому себе в конце концов приводит к тому, что человек ненавидит весь мир и оскорбляет весь мир. Услышав этот ответ, Дритараш Тревьяса полностью шокированный говорит, «Хорошо, тогда я дам этот дар провидения Санжаи и награжу Санжаю не только даром видеть всё то, что происходит, но Санжай будет в любое время, для и ночи, способным подключиться к уму любого из героев, собравшихся на поле битвы Курукшетра. Он будет знать, что думает Бижма, что думает Арджуна, что думает Кришна даже, что думает Накула Сахадева Бима или Дурьодана. Он сможет рассказывать тебе не только то, что происходит, но и мотивы, которые двигают теми, кто собрался сейчас во время этого. Ну а там «Будь что будет» закончил свою речь Вьясадева. Он сказал, живи долго после этой войны, благословил он бедного Даритараштру, и будь одиноким свидетелем того, что свершилось по твоей вине. И опять он обвиняет его. Я сам расскажу эту историю, а он уже рассказал, он уже написал Махапарту до этого, о том, как правдивые, верные истине, не предающие истину пандавы, победили злобных кауралов. И никто не сможет остановить эту войну. Дритараштель не унимается. Он сомневается даже во Вйасадеве. Он знает, что Вйасадевы — его отец, он знает, что Вйасадевы — великий мудрец. Но даже в нём он сомневается. Узнаёте в Дритараштель самого себя? узнаёте, как сначала материальные привязанности искажают наше видение реальности, как они дают нам какие-то ложные надежды, как они заставляют обвинять других, как они не позволяют нам понять хороших советов, которые нам дают чистые люди, и агрессивно огрызаться на эти советы. Но в конце концов сам Вьясадева предстаёт перед ним, и Дритарашка сомневается даже во Вьясадеве. «А знаешь ли ты? Атакуешь ли ты, Всеведущий? Есть ли у тебя право предрекать все эти события зловещие? Нужно ли мне тебе верить?» И тогда Виасадев начинает перечислять все дурные знаки, все дурные предзнаменования, всё дурное, что случается вокруг. Он говорит, посмотри, обычно Арундати — маленькая звезда, которая находится в созвездии семи мудрецов, большой медведицы. Арундати всегда идёт за Васиштхой, так как она жена Васишти. но посмотри на небо, арунда те вышла вперёд, фасишки. И он начинает перечислять все аномалии. Лето стало слишком жарким, люди гибнут от жары даже в Европе. Климат, погода сорвалась с катушек, всё происходит не так, как нужно. Зимой можно купить клубнику, в супермаркетах, хотя это не время для клубники. Манго продаётся круглый год везде. Все плоды не по времени, все сезоны сорвались с катушек. Кукушки воют предсмертными криками вместо того, чтобы хуковать своими мелодичными голосами. Голоса изменяются, коровы рожают мулов вместо того, чтобы рожать телят. Всё поменялось. И один поразительный признак, который я никак не могу не упомянуть в этом длинном перечне, перечней таких очень много и в Махабхарате, и даже в Шимадбхагвате, всех этих дурных примет. Но один признак поразил меня особенно, когда я читал этот эпизод. Он говорит, что люди пол меняют очень часто. И это признак того, что словещие события неотвратимы. Я уж не знаю, как это тогда делалось, но в Махапараде «Чёрным по белому» написано, что у людей происходят эти трансгендерные переходы и что сыновья совокупляются с матерьми. И все это предвестие бед. Долго-долго описывая все эти дурные предзнаменования, он практически убедил Дритараштру в том, что ничего хорошего ожидать нельзя от этого предстоящего события. И он делает последнюю попытку. Слушайте, это совершенно практически невероятная вещь. Он говорит, погибнут множество невинных людей, прольются реки крови. Ты виновник, стоявший за всем этим. Своим молчанием и своим согласием ты вызвал эту битву даже сейчас еще не поздно. Ты слеп, и поэтому из-за своей слепоты ты не можешь видеть, как страдают другие. Ты сидишь у себя в своих покоях, ты не видишь света, солнца, ты сидишь и тебя обслуживает множество слуг, но ты не можешь представить себе из-за своей слепоты, что же всё-таки произойдёт. Однако ты император, ты царь. И ты можешь остановить эту войну прямо сейчас, еще не поздно. Просто встань, наберись решимости, скажи, все, своей волей я останавливаю все. Мы распускаем эти войска, пандам отдается их законная часть, а войны не будет. Тритараштра посмотрел на него своими слепыми глазами и сказал, я вызвал тебя, чтобы ты меня успокоил. Ты сделал мне еще хуже. «Пусть будет, как решило время, мы все инструменты времени, никто не знает, как будет на самом деле, даже ты, великий мудрец, не знаешь ничего до конца. Все люди здесь с затуманенными мозгами ходят, никто не видит ясно, Мой ум затуманенный, твой ум затуманенный. Нет смысла ничего менять, меня никто не послушает. И кроме того, я не могу принимать это решение, потому что я считаю, что оно неправильное, потому что пандовы во всём виноваты. Вот такая печальная история. Для начала я хотел рассказать еще какие-то истории, но эта история заняла большую часть моего времени сегодня. Но, на мой взгляд, она очень важная, потому что она показывает, как упорно до самого конца сражаются наши слепые привязанности в нашем сердце. как даже сам Вьясадева не может так или иначе поставить нас туда, на место. И как это сложно. Теперь нужно рассказать другую историю. У меня осталось всего несколько минут, Поэтому я не смогу рассказать никакую значительную историю, но я сделаю введение к следующей лекции, к тому, что мы будем рассказывать завтра. У нашего семинара, надеюсь, будет счастливый конец. Мы, я надеюсь, почувствуем, что это значит держаться центром, правильного центра и получать прибежище в нём, и получать подпитку и жизненную силу, и жизненную энергию в нём. И для того, чтобы мы это поняли, сейчас я расскажу о двух стратегиях, которые мы можем выбрать в своем сражении. Каждый из нас сражается. Жизнь каждого война. У кого-то, к сожалению, у многих-многих тысяч людей сейчас это уже не метафора, это реальность. Они находятся там, на поле боя. Но от того, что мы сейчас сидим в каком-то относительно спокойном месте, это не делает нас в меньшей степени воинами. И чтобы нам было яснее, как всё-таки воспользоваться теми преимуществами, которые дал Вьясадева, как поставить в центр шастру преданных и Кришну, в конце концов, самого Кришну, я расскажу о двух стратегиях и завтра проиллюстрирую, как этими двумя стратегиями пользовались Кауравы — одно из них, и Пандавы — другое из них. Каждый хочет победить, и каждый понимает, что для победы ему нужны союзники, ему нужны люди, которые доверяют ему, думают одинаково с ним, сражаются вместе с ним за одно дело. И каждый понимает, что если мы хотим победить, то нужно так или иначе разбить единство противника. Противника надо разъединить. Это здравый смысл. С одной стороны, надо объединить наши силы как можно лучше, а с другой стороны нужно всяческими способами посеять раздор в лагере противника. И для того, чтобы достичь этих двух целей, можно выбрать две стратегии. Материальная стратегия, известная всем, сформулированная британцами, которые одно время управляли большей частью мира, заключается в знаменитом слогане «разделяй и властвуй». Вноси раздоры, подчёркивай различия встаний своих противников, сталкивай их эго, подчёркивай эти различия или личные интересы, а у каждого есть личные интересы, играй на этих личных интересах. «Говори одному то, что интересует его, и намекай на то, что существование другого даже в рядах его союзников помешает ему достичь личных интересов». То есть, иначе говоря, чтобы манипулировать людьми, чтобы властвовать людьми, нужно разжигать злобу, зависть, недоверие к людям. Чем больше злобы, чем больше зависти, чем больше недоверия между людьми, тем слабее будет общество, тем легче будет манипулировать такими людьми. Это одна возможная стратегия всех, кто за нас нужно максимально объединить, объединить, а всех, кто против, нужно их демонизировать и сделать их угрозой для нас, чтобы их злобный демонический образ помог нам сплотить наши силы. Это материальная стратегия. Стратегия победы в этом мире, и она работает. Она, к сожалению, работает в этом мире, особенно в Кали-югу. И Кали пользуется этим. Кали вносит раздор в ряды близких людей, Кали порождает зависть, Кали подчёркивает отличия, Кали усиливает разные эгоистические концепции, которые будут сражаться друг с другом. в рядах людей, которые сражаются с Кали. Я сейчас имею в виду наше с вами общество. Мы можем видеть, как Кали-челы, по словам Бхактевинода Такура, делают это, вносят раздор, сеют вражду в нашем обществе, показывая, разжигая какие-то низменные страсти, показывая недостатки и так далее. И мы увидим, как Дуриодана блестяще пользовался этой техникой, как он пытался пандавов разъединить, как он пытался сыграть на слабых местах, как он пытался поссорить их на протяжении как минимум двух посольств, посольства Санжаи и посольства Улуки. посылая своих послов. Он, естественно, хотел не мира, он хотел поссорить пандов и ослабить их. И есть другая стратегия, стратегия пандовов. Они не вносили раздоров в ряды дурьоданы. они пытались укреплять свой центр Дарму, Кришну, Браманов, Байшнавов. Всё то, что должно находиться в центре нашей жизни, они укрепляли этот центр и показывали другим, в том числе на стороне противника, как работает этот центр. Они действовали, не внося раздоры в армию противника, но показывая привлекательность, единство, основанного на истине, на правильных ценностях. Они делали это совершенно блестящим образом. Они не оскорбляли никого, наоборот, они проявляли уважение. Почему? Потому что уважение — это центр, это истина. Они показывали, как этот центр работает, и завоёвывали сердца людей даже на противоположной стороне благодаря этой своей стратегии. И таким образом они ослабляли противника, но они ослабляли его, сея раздор, они ослабляли его, показывая привлекательность настоящей дармы. И это две стратегии. Если мы будем иметь их в виду, мы поймём, что они приложимы. Они приложимы к нам, к нашей индивидуальной жизни, каким образом мы должны действовать здесь, в этом мире. Они приложимы к нам как к обществу, к искон, которое тоже сражается и тоже сопротивляется проискам Кали. И мы можем видеть, как Кали с одной стороны сеет вражду внутри нас, сеет вражду в нашем сердце по отношению к другим людям, вражду между преданными, как он пытается разделить и разъединить, разжечь зависть, и работает на этом. И мы можем видеть также, когда люди прибегают к другой стратегии, к стратегии пандалов, не оскорбляя никого, выражая почтение всем и показывая своим примером, как привлекательна дарма и насколько она может напитать нас, дать нам силы и сделать нас выносливыми, мужественными и красивыми, как эта дарма или эта стратегия начинает невольно привлекать к нам сердца людей, даже находящихся в противоположном лагере. Вот эти две стратегии ведения войны я расскажу. И расскажу, как первая стратегия полностью, в конце концов, приводит к самоуничтожению, разрушает центр. Потому что она основана на лжи, она целиком связана с ложью. ложь — это фундамент её. И как вторая стратегия, так как она основана на истине, в конце концов приводит к победе. Поэтому перед тем, как рассказывать Махапхарату и Шимадбхагаватам, мы повторяем стих на районном намаскритя. Нарам чайва наротамам девим сарасвати вьясам тату джаям удирает. Вспомнив всех Нару Нарайны Риши, самого Господа Нарайны, богини Сарасвати, Вьясу, автора, после этого мы громко говорим «Джая, да будет победа, победа должна быть с нами». Тато-джайям удирает. После этого нужно сказать Шримад Бхагавадгита ки-джай. Шримахабарата ки-джай. Шилапрабхата ки-джай. Шрипрахладдри Симхадева ки-джай. Горапремананды. Харихарибух.